Главное об электронных закупках

Возможности внеконкурсных закупок бюджетных организаций существенно сократились

Новый классификатор номенклатуры производимых в стране товаров, работ и услуг начал действовать с 1 января 2011 года. Не прошло и трех месяцев, как во многих субъектах РФ забили тревогу, что нововведение снижает возможности внеконкурсных закупок бюджетных организаций

Участники госзаказа столкнулись со сложностями в текущей финансовой деятельности. В федеральных ведомствах пока проблемы не видят, считая, что в регионах лукавят. Новый классификатор, по мнению чиновников, просто не позволяет им воспользоваться ставшей привычной для многих системой "одного кармана".

Изменения в закон о госзакупках коснулись не только государственных заказчиков, но и потенциальных исполнителей контрактов. Федеральный закон о госзакупках ограничивает сумму внеконкурсных сделок бюджетных структур 100 тысячами рублей в квартал по каждой группе товаров, работ и услуг. В законе указано, что номенклатура таких товаров должна быть утверждена правительством страны. Однако только в декабре прошлого года кабинет министров наконец утвердил новый классификатор. Ранее экономисты бюджетных учреждений разделяли закупаемые вне торгов товары, работы и услуги на основании общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКДП).

Позиций в нем оказалось намного меньше, чем в ОКДП. Скажем, вместо семи прежних групп канцтоваров стала одна. Существенно сократилось число видов офисной оргтехники, средств измерений, информационных и образовательных услуг. Такое укрупнение существенно снизило возможности внеконкурсных закупок бюджетников и даже осложнило их текущую хозяйственную деятельность. Каким образом, объяснили собеседники "РБГ".

— Медтехника в больницах ломается не по графику. И теперь если мы в этом квартале отремонтировали внезапно вышедший из строя аппарат УЗИ, то рентгенаппарат просто не имеет прав ломаться в ближайшие три месяца, — рассказывает Елена Яшина, начмед муниципальной больницы скорой помощи N 16 Волгограда. — Аналогичная ситуация с экипировкой для врачей. Если в феврале мы закупили партию резиновых перчаток, то с халатами придется подождать три месяца.

В вузах региона столкнулись с аналогичными проблемами. Например, ранее участие в семинарах и тренингах разделялось по шести кодам, теперь это все образовательные услуги одной группы. Соответственно, в шесть раз сократились возможности вуза внепланово повышать квалификацию профессоров и доцентов.

С похожими накладками столкнулись все бюджетные учреждения страны. Их финансистам приходится всерьез пересматривать логистику заранее непрогнозируемых покупок, чтобы одни и те же коды классификатора не пересекались в рамках одного квартала.

Иногда торги, проводимые бюджетниками, принимают довольно странный характер. Скажем, каждый вуз должен ежегодно платить оргвзносы в учебно-методические объединения (УМО), назначенные государством базовыми по каждой специальности.

— У Волгоградского госуниверситета таких платежей более трех десятков в год, — говорит проректор ВолГУ по инвестиционному развитию Олег Калиничев. — Если раньше хотя бы половину из этих платежей мы проводили вне конкурсов, то теперь с укрупнением классификатора это стало практически невозможно. Поэтому в этом году мы объявляем 30 конкурсов, на которые выйдут строго по одному претенденту. Конкурентов у каждого УМО нет.

Необходимость проводить торги там, где у единственного претендента априори нет конкурентов, может привести и к более серьезным последствиям. В этом году впервые вузы будут закупать бланки государственных дипломов по конкурсу. Единственное предприятие, имеющее право их печатать, — пермский Гознак. Успеет ли он подготовить документы для конкурсов, объявленных всеми шестью сотнями российских вузов?

Изменения в закон о госзакупках коснулись не только бюджетных организаций, но и бизнеса — непосредственных исполнителей контрактов. С начала этого года появился обязательный порог обеспечения участия в аукционе — от 0,5 до 5% от суммы заказа для крупного бизнеса и до 2% для малых и средних компаний. То есть все субъекты бизнеса, претендующие на бюджетные деньги, должны перед аукционом перечислить определенный процент от сметной стоимости заказа на счет электронной торговой площадки — чтобы подтвердить серьезность своих намерений. В качестве еще одного варианта можно предоставить банковскую гарантию, но это уже не 5, а 20% от изначальной сметы.

Нововведение вмиг закрыло доступ к государственным торгам небольшим региональным компаниям, которые не могут обеспечить аукционный залог, поскольку свободные деньги тут же пускают в оборот. В некоторых регионах стали частыми торги без участия местного бизнеса.

Характерный пример — строительный рынок Калининградской области. Аукционы на строительство объектов в регионе выигрывают московские, петербургские или литовские компании. Правда, потом в стройке не участвуют, а нанимают калининградских субподрядчиков. В результате строят "свои", но часть денег из областного и муниципальных бюджетов оседает в карманах победителей аукциона.

"Для областных исполнителей аукционы сметной стоимостью больше миллиарда рублей просто недоступны", — описывает корреспонденту "РБГ" ситуацию исполнительный директор одной из калининградских строительных компаний Андрей Политов. Власти региона с проблемой знакомы, однако полномочий править федеральный закон на местном уровне не имеют. "Калининградская область направляла в Госдуму свои предложения по поправкам в ФЗ 94, — отмечает первый заместитель руководителя конкурсного агентства Калининградской области Елена Васильева. — Надеюсь, какие-то послабления, хотя бы для малого и среднего бизнеса, все-таки будут".

Комментарий

Михаил Евраев, начальник Управления по контролю за размещением госзаказа ФАС:

— Принятие номенклатуры значительно упростит доступ к государственным и муниципальным закупкам малого бизнеса. При этом никто не утверждает, что у нового классификатора нет недостатков, и необходимо все тщательно проанализировать и, если необходимо, поправить.

Раньше многие заказчики разбивали закупки по 100 тысяч рублей и поэтому не проводили конкурентных процедур, на что неоднократно указывала прокуратура. В некоторых случаях заказчики размещали у единственного поставщика заказы на суммы до 100 млн руб. (3-4 млн долл.) в год. После принятия номенклатуры это делать стало невозможно.

Раньше практика работы многих заказчиков была такая: сначала размещают все у единственного поставщика суммами до 100 тыс. рублей, а потом если не хватает, проводят запрос котировок. А должны работать по-другому: сначала запросы котировок или короткий электронный аукцион, а если не хватит — закупки до 100 тыс. рублей.

К примеру, в Казахстане все закупки у единственного поставщика осуществляются до 120 тыс. руб. в год без всякой одноименности. А у нас в номенклатуре — 158 позиций, из них в реальной жизни заказчика используется около 30 позиций. Получается, что в соответствии с номенклатурой заказчик у нас, в России, может разместить у единственного поставщика заказы примерно на 12 млн руб. в год (400 тыс. долл.). Это в 100 раз больше, чем в Казахстане.

Для снижения нагрузки на заказчиков необходимо в первую очередь решить вопросы определения типовых требований к стандартной продукции и провести централизацию функции (не лотов) размещения государственного и муниципального заказа. Тогда у нас небольшие учреждения перестанут проводить многочисленные процедуры, поскольку цель создания библиотек, школ и поликлиник все-таки — это не проведение торгов. А торгами должны заниматься уполномоченные органы, которые будут это делать на высоком профессиональном уровне. 

Статьи по теме