Главное об электронных закупках

"Росатом" объявил войну воровству и коррупции

В госкорпорации подвели предварительные итоги борьбы с нечистыми на руку сотрудниками и попытками нажиться на государственных закупках. Сергей Кириенко готов принимать жесткие меры

"Росатом" объявил войну воровству и коррупции

Взятки и откаты, похоже, стали неотъемлемой частью жизни наших госорганов и бизнеса. Немало чиновников и работников госкомпаний воспринимают бюджетные деньги как лакомый пирог, от которого не грех отрезать частичку для себя, любимого. При этом обычно все инициативы по искоренению коррупции заканчиваются лишь громкими заявлениями. В госкорпорации «Росатом» реально попытались положить этому конец и уже пару лет как от слов перешли к делу. Выясняется, что это приносит пользу. Проштрафившиеся сотрудники попадают под уголовное преследование, а сама госкорпорация получает значительную экономию.

Украл — в тюрьму

Реализовывать антикоррупционную кампанию в госкорпорации начали еще в 2009 году. В отрасли крутятся огромные деньги. К примеру, в 2011 году все предприятия «Росатома» планируют закупить продуктов, товаров и услуг на сумму свыше 300 млрд. рублей. И ясное дело, немало тех, кто не прочь обогатиться за счет государства. Так что при таком объеме финансирования без внутренней системы контроля не обойтись. На днях в госкорпорации «Росатом» прошло заседание Общественного совета и Совета по прозрачности, где подвели предварительные итоги этой важной работы.

— Мы осознанно пошли на то, чтобы сделать эту работу максимально открытой и публичной, — пояснил глава «Росатома» Сергей Кириенко. — Если вести ее конфиденциально, она просто не даст результата. Как было раньше? Мы в результате проверок находили нарушения и просто увольняли человека, который за это отвечал. Но тут же становится понятно, что через некоторое время появится куча желающих таким образом «поработать». Схема могла многих устроить: поработал пару лет, наворовал, а потом максимум, что тебе грозит, — это тебя тихо уволили.

В госкорпорации решили доводить такие дела до логического завершения. С начала года к различным формам ответственности привлекли 48 руководителей предприятий «Росатома». 12 человек уволили. А в правоохранительные органы передано 12 комплектов документов для возбуждения уголовных дел. Однако у такой открытости есть и обратная сторона.

— Мы понимаем, что несем репутационные риски, но иначе порядок навести не удастся, — говорит Сергей Кириенко. — Все подобные случаи мы не заканчиваем увольнением, а передаем материалы на возбуждение уголовного дела. И налаживаем работу с правоохранительными органами, чтобы доводить такие дела до конца.

К слову, такую жесткую позицию поддерживают в правительстве.

— Это важно, что железным правилом в «Росатоме» является не укрывательство и не защита чести мундира, — заявил в начале октября на Наблюдательном совете госкорпорации первый вице-премьер Игорь Шувалов. — То, что вы не скрываете информацию о выявленных нарушениях, передаете материалы в правоохранительные органы, а также делаете это достоянием общественности, правильно. Именно так и следует продолжать эту важную работу.

— Если не передавать дела в правоохранительные органы, то это будет борьба с отдельными коррупционерами, а не с коррупцией в целом, — согласна Елена Панфилова, директор Центра антикоррупционных исследований «Transparency International — Россия». — Надо выстраивать систему нулевой толерантности. А без наказания она не работает.

Конкуренция и контроль

Как выяснили в «Росатоме», наиболее коррупционноемкой отраслью являются закупки.

— В прошлом году за счет внедрения прозрачной системы закупок мы сэкономили почти 20 млрд. рублей (это примерно 11% от общего объема закупок), а в первом полугодии 2011-го — около 12 млрд., — говорит Вадим Братанов, глава Управления защиты активов «Росатома». —

Сэкономленные средства — это средства, вокруг которых не дали развиваться коррупционным схемам. Но говорить о том, что полностью решен вопрос по искоренению коррупционных явлений в системе закупок, пока нельзя. Положительная динамика есть, но она нуждается в развитии и закреплении.

К примеру, готовящийся к пуску четвертый блок Калининской АЭС обойдется в 76 млрд. рублей вместо запланированных по смете 83 млрд. Сэкономить на строительстве удалось за счет повышения прозрачности закупочных процедур. Во-первых, на 278 предприятиях госкорпорации внедрен Единый отраслевой стандарт закупок (ЕОСЗ), создан Арбитражный комитет для разрешения споров между заказчиками и поставщиками. Во-вторых, количество открытых конкурентных конкурсов выросло с двух тысяч в 2009 году до почти 35 тысяч — в 2011-м.

Кроме того, если в 2007 году в Федеральном агентстве по атомной энергии было всего 7 проверяющих, то сейчас в «Росатоме» — как в центральном аппарате, так и на местах — работают 357 внутренних контролеров. Число проведенных ими проверок за последние три года возросло с 32 до 274. И результаты налицо. Количество фактов коррупции сократилось более чем в пять раз.

— Один из ключевых элементов — «горячая линия», — говорит Вадим Братанов. — С ее помощью любой человек может бесплатно позвонить по единому номеру и сообщить об имеющихся фактах. Только в первом полугодии текущего года поступило 120 таких сообщений. Мы провели по ним проверки. В среднем, как показывает практика, 15 — 20% из них подтверждаются.
 

Планы на будущее

Однако только внутреннего контроля недостаточно. Чтобы сделать антикоррупционную работу еще более эффективной, «Росатом» привлекает сторонних специалистов и общественные организации — в частности, Центр антикоррупционных исследований «Transparency International — Россия».

— Мы выбрали случайным путем 600 закупок с сайта госкорпорации и проанализировали их, — поясняет его глава Елена Панфилова. — И если сравнивать с концом 2009 года, когда мы начали работу, то это небо и земля. Очень многое изменено, повышается информационная прозрачность. Теперь практически все выкладывается в открытом доступе. Ситуация постепенно улучшается, но проблемные зоны все еще остаются. На этот раз мы также выявили некоторые нарушения. Где-то это недоработка правовых норм, недостаточная подготовка специалистов, но ведь может быть и злой умысел. Мне очень нравится тот диалог, который налажен с руководством госкорпорации. Ведь найти факты коррупции довольно легко. Другое дело — начать искать возможности, как поправить ситуацию.

По мнению независимых экспертов, две основные проблемы закупочной политики остались.

— Во-первых, необходимо закрепить обязательство обоснования начальной цены, — говорит Юлия Ткачева. — Во-вторых, до сих пор у заказчиков есть возможность устанавливать дополнительные требования к участникам конкурсов. В этом случае можно заложить в заказ такой перечень требований, которым может соответствовать конкретный поставщик. А это может привести к снижению конкуренции.

К рекомендациям экспертов в «Росатоме» прислушиваются. Практически перешли на проведение конкурсов в электронном виде. В ближайшее время все конкурсы будут проводиться только так. Тем не менее в гос-корпорации прекрасно понимают и оборотную сторону прозрачности в системе госзакупок. Ведь для атомной отрасли куда важнее надежность и безопасность, чем экономические показатели.

— Мы переходим на другой качественный уровень борьбы, — говорит Сергей Кириенко. — Процесс становится гораздо более тонким. Во-первых, нужен контроль исполнения договоров. К примеру, если поставщик измерительной аппаратуры сбил цену вдвое, то мы радуемся, что выиграли 100 тысяч долларов на закупке. Но потом он срывает поставку, а каждый день простоя АЭС на пуске стоит нам миллион долларов. В итоге поставщик на 20 дней задержал нам поставку — минус 20 миллионов. И радости от выигранных ста тысяч никакой. Ну а если говорить о вопросах безопасности, то они вообще деньгами не меряются.

По мнению Сергея Кириенко, в системе закупок необходимо поймать определенный баланс. С одной стороны, не пропустить действительно содержательные требования, без которых на АЭС невозможно обеспечить безопасность и надежность оборудования. А с другой стороны, перекрыть лазейки для нечистых на руку заказчиков, которые так прописывают технические задания, что соответствовать им может лишь единственный поставщик.

Мнения экспертов

Валерий Маньшиков, член Общественного совета при «Росатоме»:

— На мой взгляд, это прорыв. Нигде в других госкомпаниях я такого не вижу. По крайней мере, в таком масштабе и настолько юридически правильно. Поэтому, мне кажется, нужно не только одобрить это начинание, но и обязательно переносить этот опыт на другие государственные структуры.

Ольга Анчишкина, директор Департамента развития федеральной контрактной системы Минэкономразвития России:

— Усилия госкорпорации «Росатом» по повышению прозрачности закупочной деятельности очень заметны и ощутимы. Важно то, что с прозрачной стадии планирования закупочной деятельности идет переход к прозрачной стадии исполнения закупочных процедур. Когда весь цикл замыкается — вот тогда и снимается коррупция.

Справка:

Госкорпорация «Росатом» была создана в конце 2007 года. Она объединяет около 300 предприятий и организаций атомной отрасли. Общая численность сотрудников — около 290 тыс. человек. Действующие в России АЭС производят около 18% всей электроэнергии в стране. «Росатом» занимает четвертое место в мире по выработке электроэнергии на АЭС, 40% мирового рынка услуг по обогащению урана, реализует крупные проекты в области ядерной медицины, «дальней» космонавтики, программного обеспечения и производства суперкомпьютеров, обладает самым мощным ледокольным флотом в мире.