Главное об электронных закупках

Госзаказ не тянет в интернет

Крупнейший покупатель в любой стране – государство. В прошлом году бюджет сделал приобретений на 4 трлн рублей. Но через независимые площадки прошло не более 0,5% госзаказа.

Государственные закупки крайне неохотно перекочевывали в интернет. По оценке заместителя генерального директора «Единой электронной торговой площадки» (ЕЭТП) Андрея Черногорова, до 1 июня 2009 года через Всемирную паутину размещалось не более 5% государственного заказа. Сумма все равно приличная: по словам статс-секретаря – замминистра экономического развития Анны Поповой, объем госзаказа в 2009 году составил 4 трлн рублей.

С 1 июля 2009 года федеральные власти в обязательном прядке закупают через электронные торговые площадки товары, работы и услуги из перечня, утвержденного правительством. «С 1 июля по 31 декабря 2009-го на трех электронных площадках (утвержденных постановлением правительства № 755-р от 1 июня 2009 года) было проведено торгов на сумму около 2 млрд рублей. Из них на нашей площадке прошло более 600 аукционов на сумму 1,39 млрд рублей», – рассказывает Андрей Черногоров. То есть через электронные торговые системы в целом по стране прошло меньше процента госзакупок.

Однако 2010 год отразил резкое улучшение динамики: постановление стало выполняться. «С начала года через системы электронной торговли совершено бюджетных закупок на сумму около 20 млрд рублей», – оценивает председатель совета директоров ОАО «Центр развития экономики» (B2B-Center) Александр Бойко. Скорее всего, цифра занижена: объем торгов с госучастием только на «Единой электронной торговой площадке» (ЕЭТП) составил 25,6 млрд рублей.

Во втором полугодии к федеральным властям присоединятся региональные. Примечательно, что еще до эпохи «обязаловки» регионы пользовались электронными площадками активнее центра. «Москва (как регион-покупатель) до эксперимента проводила более 2000 торгов в год», – говорит Андрей Черногоров. Экономить заставил кризис. 

Технология отката. Эффективность электронных закупок можно оценить как разницу между стартовой ценой и стоимостью заключенного контракта. По статистике ЕЭТП, средняя экономия по ее торгам составляет около 18%. Руководитель Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев подсчитал, что в результате контроля со стороны его ведомства экономия госбюджета на закупках в 2009 году составила 500 млрд рублей. Начальник управления по контролю за размещением госзаказа ФАС Михаил Евраев считает, что использование электронных торгов позволит экономить ежегодно около 1 трлн рублей.

Только один нюанс. В случае госзакупок стартовая цена зачастую гораздо выше рыночной. Поэтому цена победителя тендера также частенько превышает рыночную. Разница между рыночной ценой и настоящей ценой контракта делится между участниками. Эта технология дублируется и на независимых электронных площадках. Однако можно создать специальные алгоритмы отслеживания «серых» тендеров, благо опыта накоплено достаточно. «Если в процедуре только одно предложение от исполнителя, пусть и гораздо ниже стартовой цены, – никакой экономии здесь нет. Если участники долго торгуются от завышенной стартовой цены, а потом приходит другая компания, делает ставку и побеждает, – то и в этом случае экономия отсутствует. Снижение по одному из наших аукционов составило 98%, такого быть не должно», – делится опытом Александр Бойко. Таким образом, тендер можно считать прозрачным только в том случае, если в торгах участвовало несколько исполнителей, демонстрировалось снижение цены с балансированием около некоторого порогового значения. Никаких резких ценовых всплесков, внезапных побед быть не должно.

Ужесточившиеся экономические условия заставляют участников торгов «огрызаться» на подобные экзерсисы. Например, в сентябре 2008 года, в разгар падения рынка, «Росинформтехнологии» решили провести открытый аукцион на поставку программного и аппаратного обеспечения для развития системы мониторинга СМИ. В тендере участвовали всего две организации – «Медиалогия» (дочерняя компания IBS) и Cognitive Technologies, выиграла последняя. Изначально сумма контракта составляла 40 млн рублей, но компания-победитель снизила ее до 15 млн. Однако в процессе заключения контракта, по рассказам руководства Cognitive Technologies, заместитель руководителя агентства Евгений Караваешников (уволился в апреле 2010 года) заявил: победителем контракта должна была стать «Медиалогия», которой агентство задним числом собиралось оплатить уже проведенную модернизацию системы. Cognitive Technologies не отказалась от выполнения контракта. Тогда «Росинформтехнологии» подали в суд, который, правда, встал на сторону исполнителя. Параллельно агентство провело внеплановый тендер на 30 млн рублей, выставив лот «Функциональное развитие подсистемы мониторинга СМИ в специальных целях». «Медиалогия» не осталась голодной.

«Восстание рабов» постепенно приобретает массовый характер. Вдобавок к добросовестным участникам возникла прослойка профессиональных шантажистов. Родился новый способ заработка на угрозах обжалования результатов аукционов. В ответ в апреле этого года ФАС и Минэкономразвития приняли решение в течение полугода ввести плату за обжалование действий госзаказчика для участников аукционов (в том числе электронных) и конкурсов по госзакупкам.

Сговор возможен не только между заказчиком и исполнителем, но и между участниками. Например, в 2009 году шесть строительных организаций Алтайского края договорились участвовать в аукционах по очереди. В аукционах участвовала только одна из шести компаний, а представители остальных пяти присутствовали при заключении контракта. По-видимому, во избежание недоразумений. Первым возмутился Барнаульский юридический институт МВД, который три тендера подряд смог сэкономить только 0,5–1% от стартовой суммы. ФАС оштрафовала всех участников дружного картеля.

В то же время существуют вполне естественные причины для масштабного снижения цен. Андрей Черногоров напоминает, что престижность госконтрактов тоже оказывает влияние на конечную цену. «Падение в процессе торгов происходит за счет отказа поставщиков от возможной прибыли. Чтобы выиграть госконтракт, они соглашаются на нулевую рентабельность», – объясняет Андрей Черногоров. Например, АКГ «Созидание и развитие» выиграла контракт Совета федерации на подготовку законопроекта о радиочастотном спектре. Контракт не был прибыльным, но позволил компании нарастить вотум доверия.

Эталоны прозрачности. Закупки через независимые торговые площадки – признак экономической и даже политической зрелости государства. Однако реформа обошлась в немалую сумму, которую тоже надо учитывать при оценке эффективности госзакупок. «Почему никто хотя бы ориентировочно не прикинет, сколько дополнительных расходов принесла реформа госзаказа. Это и затраты на увеличившийся аппарат ФАС, расходы на семинары, экспертов и консультантов, на постоянное обучение и переобучение заказчиков в связи с постоянно меняющимся законодательством, на усложнившиеся и удлинившиеся во времени процедуры. И, конечно, расходы на взятки», – сетует председатель совета директоров межотраслевой торговой системы «Фабрикант» Сергей Габестро.

Еще один момент – принадлежность электронной торговой площадки. Если оператор системы – заказчик, то о прозрачности можно забыть. Естественно, корпоративная площадка в первую очередь преследует интересы собственника. А последнему удобнее работать с проверенными партнерами. По этой причине постепенно число участников снижается, требования к ним мигрируют в сторону предопределенности выбора. И со временем неизбежно создаются все условия для сговора. «Сейчас менее 0,05% госзаказа размещается через независимые электронные площадки», – оценивает Андрей Черногоров. У организаторов независимых электронных площадок уже сформировалось мнение о степени прозрачности закупок того или иного госучреждения. «Наиболее прозрачные системы закупок выстроили Министерство чрезвычайных ситуаций, Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, Федеральное медико-биологическое агентство и Федеральная служба по регулированию алкогольного рынка», – отмечает Андрей Черногоров. Сергей Габестро называет Министерство обороны и «Росатом». «Минобороны по собственной инициативе с начала 2009 года активное внедряет электронные торговые процедуры как в госзаказе, так и в корпоративном секторе. Это тысячи процедур, это несколько сотен новых поставщиков, львиная доля которых – производители», – говорит он.

При претензиях на прозрачность в открытом доступе нет систематизированной информации по ходу торгов. «Данные о госзакупках (общий объем, объем проведенных электронных аукционов в разрезе заказчиков, регионов, эффективность, количество участников всего, в том числе в среднем в лоте у заказчика) должны быть доступны в режиме онлайн на сайте zakupki.gov.ru», – считает Сергей Габестро. С другой стороны, правительство постаралось купировать возможность сговора участников электронных аукционов: все торговые системы допускают к участию поставщика с любого компьютера, обеспеченного доступом к интернету. Лишь при определении победителя стороны «расписываются» электронными цифровыми подписями (ЭЦП).

Перспективы. В 2010 году объем госзаказа сохранится на уровне прошлого года. Глядя на динамику, представители торговых систем ожидают, что через их площадки пройдет около 75% госзакупок. По оценкам Минэкономразвития, объем госзаказа в 2010 году на всех трех уровнях власти (федеральный, региональный и муниципальный) составит более 5 трлн рублей. Правительство утвердило перечень товаров и услуг, например лекарства, медицинское оборудование, несложные строительные работы, которые в обязательном прядке будут приобретаться через электронные торговые площадки. «В 2010 году на электронных аукционах будет размещено около 3 трлн рублей бюджетных средств», – прогнозирует Андрей Черногоров.