Почему тендеры мешают не коррупции, а нормальной работе

Почему тендеры мешают не коррупции, а нормальной работе
22/02/2013 16 : 02

В российских условиях закупка сложных товаров и услуг превращается в бессмысленный спектакль. Мнение Леонида Бершидского.

Сейчас ни государству, ни крупным компаниям не продашь ничего без мало-мальски значимого тендера. Считается, что это хороший заслон против коррупции. Хотя любой, кто сталкивался с действующей системой — хоть государственной, хоть корпоративной, будет в голос смеяться над этим заблуждением. И искренне недоумевать, зачем эта система не только сохраняется, но и распространяется, как лесной пожар, в частном секторе.

Сайт zakupki.gov.ru, тавтологически поименованный «официальным сайтом Российской Федерации для размещения информации о размещении заказов», — настоящий фетиш для борцов с коррупцией. На нем можно отслеживать, какие госорганы хотят купить себе позолоченные кровати и «мерседесы» с максимальным фаршем, поднимать из-за этого шум и потом отчитываться, как сайт «Роспил» Алексея Навального: предотвращены нарушения на сумму 59 млрд руб. И правда, в теории прозрачность государству вроде бы на пользу, а усилия украинских, например, властей по выводу большей части госзакупок из общедоступной системы вполне логично трактуют как желание воровать в тишине.

С другой стороны, как всякая изящная схема из экономтеории, закупки через тендеры приобретают по-настоящему гротескные черты при столкновении с реальной жизнью.

Как ни странно, лучшую метафору происходящего я вычитал не у какого-нибудь истерзанного участника российских тендеров, а у Иэна Эллисона, креативного директора лондонского коммуникационного агентства Bell. В колонке для DesignWeek он припомнил байку о лягушке, которую можно сварить заживо, положив ее в кастрюлю с холодной водой и потом постепенно нагревая, — лягушка не чувствует плавного повышения температуры и не выпрыгивает. «Подло и бессмысленно, правда? — писал Эллисон. — Однако такова политика британского правительства по закупке творческих услуг. Угадайте, кто здесь лягушка? Больше того, в этом случае повар не умеет готовить, ресторан недавно уволил всех, кто умел, и повару приходится спрашивать у лягушки, как включить плиту».

Страдания Эллисона поймет всякий, кто имел дело с тендерными закупками сложных продуктов, то есть не фасоли и аспирина, а, скажем, технологических или дизайнерских решений, в России. Тебя зовут соперничать с десятью другими потенциальными исполнителями и прямо говорят, что выбирать будут в первую очередь по цене. Для участия в тендере требуют почти готовую работу, а потом, ознакомившись с ней, сообщают, что решили отказаться от закупки и все сделать самостоятельно (понятно, из чего). Клиенты, случается, совершенно не разбираются в работе, которую пытаются заказать, и надеются, что в ходе тендера за них все решит невидимая рука рынка. Среди всего этого ты лягушка в кастрюле, не понимающая, что ее, возможно, пытаются сварить.

Черт с ними, с жуликами, вставляющими латинские буквы в объявления на «сайте для размещения размещений», чтобы чужие не нашли.

И в гораздо менее очевидных случаях тендер — процедура бессмысленная для всех задействованных сторон.

У экономиста Константина Сонина есть работа, в которой он моделирует тендер, объявленный коррумпированным заказчиком. Сонин уверенно утверждает: «заинтересованному» заказчику выгодно выставить максимально подробные условия тендера, которым будет удовлетворять только заранее выбранный поставщик. Но это опять-таки чистая экономика, которую трудно применить к реальной жизни: подробные спецификации выдаст не только откатчик, но и клиент, который точно знает, что хочет получить на выходе. А расплывчатые — профан, для которого цена единственный критерий.

Да, сейчас, когда дизайн-студия, в которой я директорствую, участвует в тендерах, я всегда должен держать в голове возможность, что конкурс объявлен для галочки, а на самом деле клиент давно с кем-то договорился. Но коррупция может быть совершенно ни при чем. У клиента, возможно, уже существуют выстроенные отношения с каким-то подрядчиком, предоставлявшим ему раньше отличный сервис и качественный продукт. Но правила госзакупок — да и правила крупных корпораций — требуют тендерной процедуры на каждый проект.

Опытные заказчики, конечно, не выбирают вслепую, просто по представленным предложениям: они встречаются с потенциальными подрядчиками до тендера, предварительно отсматривают предлагаемые концепции, предлагают что-то изменить. Так они изучают подрядчиков, пытаются понять, удастся ли с ними сработаться, насколько адекватной будет реакция на давление, на изменение требований. Но даже после такой «разведки» клиент часто хочет работать с тем, к кому привык и чью работу хорошо знает.

И, значит, напишет условия так, чтобы выиграл именно проверенный кандидат.

И в госструктурах, и в корпорациях устроители тендеров, бывает, доверительно жалуются участникам: «Нас так контролируют, так проверяют, и вот приходится устраивать это шоу. Уж мы-то с вами понимаем, что это никому не нужно, ни нам, ни вам». Что означает на деле эта жалоба, что тебя позвали в статисты или что хотели бы иметь дело именно с тобой? Возможно, ни то ни другое, и тендер будет честным — такое, не поверите, тоже случается, и даже в госсекторе! Но во всех этих трех ситуациях придется проделать большую бесплатную работу: ведь на тендере надо обычно показывать несколько вариантов продукта — в нашем случае, например, годового отчета, сайта, буклета, логотипа.

Заказчик тоже теряет время: там, где он мог бы напрямую обратиться к известному ему эффективному поставщику, он тратит недели на встречи со всеми остальными, хоть у них и почти нет шансов, и еще недели — на соблюдение формальных процедур. Это такой же идиотизм, как и, например, правила найма иностранцев, обязывающие работодателя сперва дать объявление и, только если местный кандидат не будет найден, пригласить экспата, с которым перед тем несколько месяцев договаривались и которого ждут на работе «вчера». Когда я нанимался в крупное украинское издательство, его владельцы тоже вынуждены были объявлять о вакансии — и включили в спецификацию множество ненужных фильтров: зачем-то требовалось, например, знать латынь.

Если бы всех невест обязали перед свадьбой устраивать официальный конкурс среди женихов, уж они нашли бы способ отсеять всех, кроме того, с кем уже три года ведут общее хозяйство. С тендерами та же история. В которой откат может присутствовать как фактор, а может и в голову никому не приходить.

Ну и что прикажете с этим делать? Если отказаться от практики тендеров, не будет ведь никаких преград для коррупции? Да ведь их и сейчас нет!

Требование обязательно проводить тендеры на любую закупку — хоть скрепок, при выборе которых единственный фактор — цена, хоть дизайн-проектов — это шашечки на машине, которая все равно едет туда, куда ее направят. И не факт, что «коррупционный» исход будет худшим для целей, которые преследует заказчик. «Даже самый оппортунистичный аукционист, чистый взяточник, не обязательно противник эффективного исхода, — пишет Сонин. — Часто именно эффективный исход генерирует для аукциониста максимальный заработок на стороне, особенно в том случае, когда победитель аукциона получает наибольшую прибыль». А ведь наибольшую прибыль получает часто тот, у кого бизнес устроен лучше, чем у остальных.

Неразумно и неэффективно вводить одну и ту же обязательную процедуру для миллиона абсолютно разных случаев. Возможно, я выскажу крамольную мысль, но ничего не изменится, если просто дать и чиновникам, и служащим корпораций свободу действий в рамках выделенных бюджетов, а потом оценивать их деятельность по результату. И даже, например, официально платить им какой-то процент от сэкономленных денег. А там уж эти люди, которых почему-то ведь назначили этими бюджетами распоряжаться, сами решат, нужен им тендер или они другим способом найдут поставщика.

Сегодня в нашу студию позвонила дама из довольно крупной российской корпорации и объяснила, что ей поручено провести тендер на корпоративный слоган. Я живо представил себе, как ее начальство рассматривает полсотни вариантов, предложенных разными компаниями совершенно бесплатно, и, хихикая, лепит из них какой-нибудь гибрид ежа с ужом, чтобы потом объявить, что ни один вариант не выбран. Нет, сказал я, мы участвовать не будем. 

новости по теме

Чиновникам могут вернуть дорогие подарки

Но презенты должны быть из "своих" промыслов

Госзакупки иностранного телеком-оборудования могут ограничить

Рынок не готов к тотальному импортозамещению

Конфликт интересов: родственников заказчика отстранят от закупок

Друзей и бывших супругов запрет не коснется

спецпроекты

Наши партнеры